Исследования взаимоотношений в семьях, где росли дети-шизофреники, были сфокусированы на следующих факторах: 1) шизофреногенные родители 2) деструктивное отношение со стороны родителей и 3) плохая коммуникация. В последнее время происходит переключение внимания исследователей с отношений между родителями и ребенком на общие отношения в семье. Здесь будут рассмотрены оба аспекта. Сначала мы более подробно остановимся на данной проблеме в целом. Начиная с 1950-х годов, когда исследователи впервые обратили внимание на влияние семейных отношений на возникновение шизофрении, считалось, что родители способствуют развитию расстройства у детей своей враждебностью, невольным отторжением и грубыми родительскими ошибками. Многие специалисты упрекали родителей, и ответная реакция последних зачастую была гневной или бесчувственной, а иногда и жестокой. Мы надеемся, что предлагаемое обсуждение не вызовет подобного отношения. Большинство родителей, которых мы знаем, независимо от того, выпала им участь иметь детей-шизофреников или нет, сделали все, что было в их силах, чтобы дать своим детям счастье и обеспечить их успех. Отдельные родители могут быть жестокими и склонными к злоупотреблениям, но нет никаких доказательств того, что подобный паттерн связан с шизофреническим исходом. Даже оставив в стороне тот факт, что осуждение родителей не может изменить ситуацию и способно лишь ухудшить ее, следует помнить, что эти упреки восходят к слишком упрощенному и ошибочному представлению о том, как люди превращаются в шизофреников. Еще одно предостережение: исследования показали высокую распространенность эмоциональных нарушений и конфликтов в семьях, где появляются шизофреники. Однако, как мы неоднократно подчеркивали, нет оснований для предположения, что нарушения всегда передаются от родителей детям это может происходить и в обратном направлении. Каким бы ни был изначальный источник затруднений, по всей вероятности, как только он возникает, члены семьи нередко побуждают друг друга к все более патологическому поведению. Например, в ряде работ было, что попытки родителей справиться с нарушенным поведением сыновей и дочерей, страдающих шизофренией, оказывали патологическое воздействие на их собственные поведенческие и коммуникативные паттерны. По сути дела, взаимную направленность данного воздействия можно считать единственным неоспоримым выводом, к которому мы пришли, тщательно изучив семьи, в состав которых входили шизофреники. Деструктивные взаимоотношения между родителями. Особый интерес представляет работа Теодора Лидца и его коллег, продолжавшаяся более 20 лет. В ходе первичного исследования 14 семей с детьми-шизофрениками, авторам не удалось найти ни одной родительской пары, взаимодействовавшей адекватно и эффективно. Восемь из 14 пар жили в состоянии тяжелых хронических скандалов, и сохранение их брака постоянно находилось под. угрозой. Остальные 6 пар достигли состояния равновесия, при котором их взаимодействие поддерживалось за счет базовых искажений семейных отношений в этих случаях члены семьи вступали в столкновения, при которых серьезные нарушения поведения одного или другого родителя считались нормальными и оправдывались посредством согласованной рационализации. Шизофреники часто имеют психологически здоровых сиблингов, которые выросли вместе с ними в одной семье. Каким образом эти сиблинги избежали патологии в данном семейном контексте? Возможный ответ на этот вопрос заключается в том, что у них не было биологической предрасположенности к заболеванию. Однако нельзя исключать, по мнению авторов исследования, и того, что субкультура семьи не оставалась неизменной: каждый ребенок вырос в семье с уникальным семейным паттерном. Таким образом, данный конкретный ребенок может быть сильнее подвержен семейной патологии, чем его более счастливый сиблинг из-за слишком сильного вовлечения родителей. Нарушение коммуникативных отношений. Грегори Бейтсон был одним из первых исследователей, сосредоточивших свое внимание на конфликтной и запутанной природе коммуникации членов семей, где есть шизофреники. Он использовал термин «коммуникация по типу двойной связи», чтобы описать один из таких паттернов. При этом паттерне родитель требует от ребенка поведения в соответствии с идеями, чувствами и целями, не совместимыми друг с другом. Например, на словах мать может быть любящей и принимающей, но на эмоциональном уровне — тревожной и отвергающей или она жалуется на то, что сын недостаточно любит ее, но останавливает и наказывает его, когда он хочет выразить свою любовь. Мать мягко, но эффективно запрещает комментировать подобные парадоксы, а отец слишком слаб или сдержан, чтобы вмешаться. Согласно этиологической гипотезе Г. Бейтсона, такого ребенка постоянно будут ставить в ситуации, когда он не сможет выиграть, и он будет становиться все более тревожным. Предполагается, что подобная дезорганизованная и противоречивая коммуникация в семье отразится на его мышлении. Однако точных подтверждений патогенетического эффекта «двойной коммуникации» получить не удалось. Зингер и Винне связывают некоторые аспекты расстройства при шизофрении с двумя стилями мышления и коммуникации в семье: аморфным и фрагментарным. Аморфный паттерн характеризуется недостатком дифференциации внимание, направленное на чувства, предметы или людей, плохо организовано, оно смутное и дрейфующее. Фрагментарное мышление характеризуется большей дифференциацией, но меньшей степенью интеграции в коммуникации наблюдаются неустойчивые и разрушительные сдвиги. В своих более поздних работах авторы использовали термин «коммуникативные отклонения» для обозначения этих различий в той последовательности, которую они считали ядром целенаправленного негативного воздействия родителей на своих шизофренических детей. В процессе лонгитюдного исследования анализировался период взросления субъектов, которые в подростковом возрасте были пациентами психологической клиники, но не шизофрениками. Результаты исследования подтвердили выдвинутое ранее предположение. Высокий уровень коммуникативных отклонений у родителей, зафиксированный на протяжении подросткового периода их детей, в дальнейшем предопределял развитие у тех целого спектра шизофренических расстройств по достижении ими взрослого возраста. По всей видимости, негативные эмоции в семье увеличивают вероятность такого исхода. Однако схема этого эксперимента не позволяет исключить вероятность общего генетического влияния на старших и младших членов семьи, влекущего за собой странности коммуникации у родителей и развитие шизофрении у детей. Такая возможность представляется маловероятной в свете результатов уже описанного Финского исследования усыновления, где отклонения в коммуникации родителей были связаны с развитием серьезных признаков психопатологии у приемных детей.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Войти

Зарегистрироваться

Сбросить пароль

Пожалуйста, введите ваше имя пользователя или эл. адрес, вы получите письмо со ссылкой для сброса пароля.