В своей основе расстройство приспособления с депрессивным настроением поведенчески неотличимо от дистимии. Отличие состоит в том, что это расстройство длится не дольше шести месяцев и требует наличия в жизни клиента идентифицируемого психосоциального стрессора, который оказал бы воздействие в пределах трех месяцев до начала депрессии. Основанием для постановки клинического диагноза является то, что клиент переживает нарушения в социальном или профессиональном функционировании, а также случай, когда зарегистрированный стрессор обычно не считается достаточно серьезным, чтобы можно было объяснить им имеющуюся у клиента депрессию. Здесь есть, несомненно, некоторые трудности при определении серьезности стрессора, так как его оценка носит субъективный характер. Кроме того, диагнозом допускается, что проблемы индивида исчезнут с окончанием воздействия, приводящего к стрессу, или по достижении нового уровня приспособления. Есть основания предполагать, что хронические случаи такого рода следует переквалифицировать как дистимию. Невзирая на определенные проблемы с формальными диагностическими критериями, есть, несомненно, много случаев относительно кратковременной, но умеренно серьезной депрессии, которая возникает как реакция на стрессовые обстоятельства. Следующая выдержка из клинического интервью иллюстрирует расстройство приспособления с депрессивным настроением. Разбор случая: разводящаяся женщина в состоянии депрессии. Пацие нтка: Вы понимаете, доктор, я просто не могу как следует сосредоточиться я хочу сказать, что не могу играть в карты или даже забываю сделать нужный звонок. Я просто чувствую себя такой расстроенной и несчастной, что мне уже больше ни до чего нет дела. Доктор. Вы ощущаете, что все это связано в первую очередь с вашими бракоразводными процедурами? Пациентка: Доктор, это меня так расстроило, мы немножко скопили моими стараниями облигации и деньги. А он [вздох] потребовал половину. Он сказал, что собирается в Сан-Франциско искать работу и будет высылать мне достаточно денег на жизнь. Так что [вздох] я дала ему облигации, и он уехал. Однако все сделал наоборот, отправился к адвокату и подал на развод. Хорошо, но ведь я как-то терпела все это унижение из-за его пьянства и то, что он не приходил ночевать, пропадал неизвестно где, но он отвернулся от меня, развелся со мной. Это просто не укладывается в моей голове. Я хочу сказать, что он разбил мне сердце и разрушил все, а от меня не видел ничего, кроме добра. Я этого просто не понимаю, доктор. Есть вещи, которые люди просто не в состоянии принять. Я не могу поверить в то, что он мог так со мной поступить.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Войти

Зарегистрироваться

Сбросить пароль

Пожалуйста, введите ваше имя пользователя или эл. адрес, вы получите письмо со ссылкой для сброса пароля.