В настоящее время широко распространено мнение среди специалистов в области психического здоровья и представителей других профессий, что психотерапию следует рассматривать как попытку убедить людей приспосабливаться к «больному» обществу, а не направлять свои усилия на его улучшение. Вследствие этого психотерапию часто считают хранителем status quo. Возможно, было бы легче рассмотреть этот вопрос, изучив другие культуры. Например, было сделано много заявлений по поводу того, что психиатрию использовали как средство политического контроля в бывшем Советском Союзе злоупотребления в этой области были в итоге официально признаны. Вызывает оптимизм тот факт, что подобная практика была единодушно осуждена международной общиной работников здравоохранения. В настоящее время лишь незначительное количество людей заявляют о том, что психиатрия на Западе используется для контроля тех, кто критикует существующий строй, однако тем не менее не исключена вероятность того, что терапевты играют роль «стражей» социальных ценностей. Подобное предположение возвращает нас к вопросу, поставленному в главе 1: что мы понимаем под аномалией? Ответить на этот вопрос мы можем только исходя из наших ценностей. В более широкой перспективе существует сложная и противоречивая проблема роли ценностей в науке. Психотерапия не является или, по крайней мере, не должна быть этической системой она представляет собой набор инструментов, который психотерапевт использует во благо клиенту. Таким образом, специалисты в области психического здоровья сталкиваются с такими же проблемами, что и остальные ученые. Должен ли физик, принимавший участие в создании термоядерного оружия, нести моральную ответственность за его использование? Аналогичным образом должен ли психолог или специалист по поведению, разработавший мощные техники влияния на поведение и контроля над ним, отвечать за то, как применяются эти методики? Многие психологи и другие ученые пытаются не касаться этой проблемы, настаивая на том, что наука свободна от ценностей, она отвечает только за сбор фактов, а не за то, как их используют в дальнейшем. Тем не менее каждый раз, когда терапевт принимает решение об устранении каких-либо поведенческих проявлений или замене их другими, он выносит суждение о ценностях. Например, должен ли терапевт считать, что депрессия молодой матери-домохозяйки, подвергающейся жестокому обращению со стороны пьяного мужа, представляет собой внутреннее расстройство, требующее лечения, поскольку такие случаи весьма распространены? Или на терапевте лежит ответственность за то, чтобы посмотреть глубже, а не только анализировать индивидуальную патологию, и начать борьбу с аномалиями брачных отношений? Терапия происходит в контексте, который затрагивает ценности терапевта, клиента и общества, в котором они живут. Терапевт испытывает сильное давление со стороны родителей, школы, суда и других социальных институтов, требующих от него помощи в приспособлении клиента к миру такому, каков он есть на самом деле. В то же время существует и противоположное давление, особенно со стороны молодых людей, которые ищут поддержки в своих попытках стать аутентичными людьми, а не слепыми конформистами. Дилемму, которая стоит перед современными терапевтами, можно проиллюстрировать следующим случаем. Разбор случая: кто нуждается в терапии? Родители направили 15-летнюю школьницу к терапевту, когда узнали, что она имеет сексуальные отношения со своим приятелем. Девушка рассказала терапевту, что она получает удовольствие от этих отношений и не чувствует вины или сожалений по поводу своего поведения, хотя ее родители и не одобряют ее поступка. Кроме того, она заявила, что имеет представление о том, что может забеременеть и предпринимает необходимые меры контрацепции. Какова роль терапевта в данном случае? Следует ли убедить девушку согласиться с моральными нормами ее родителей и отложить сексуальную активность до того времени, когда она станет старше или более зрелой? Или следует помочь родителям адаптироваться к выбранному дочерью паттерну сексуального поведения? Какую цель в этом случае должен преследовать терапевт? Ранее мы уже отмечали, что некоторых индивидов направляют к терапевту в связи с их поведением, не являющимся деструктивным и не характеризующимся выраженными нарушениями. Просто в таких случаях остальные члены семьи считают, что терапевт должен «приструнить» этих людей. Не вызывает никаких сомнений тот факт, что в психотерапии существуют диаметрально противоположные способы решения проблемы. Очень часто именно терапевту приходится решать, какой путь следует выбрать, что лучше для индивида и всего общества в целом, и это, естественно, затрагивает вопрос ценностей.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Войти

Зарегистрироваться

Сбросить пароль

Пожалуйста, введите ваше имя пользователя или эл. адрес, вы получите письмо со ссылкой для сброса пароля.